Действие антибиотиков на вирусы

В течение всей жизни человек сталкивается с огромным количеством опасностей, одной из которых являются инфекции. Вирус распространяется по всему организму, проникая в клетки и пожирая их.

Дорогие читатели! Наши статьи рассказывают о типовых способах решения проблем со здоровьем, но каждый случай носит уникальный характер.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему - начните с программы похудания. Это быстро, недорого и очень эффективно!


Узнать детали

Антибиотики

Вот это, кстати, мне не очень понятно. Ну то есть я понимаю, что это классическая эволюция, но с тезисом про полный курс у меня немного не складывается. Вариант 1. Мы прерываем курс и недобиваем бактерии без резистенции.

Вариант 2. Мы заканчиваем курс и добиваем все бактерии без резистенции. У нас в организме остаются только бактерии с полной резистенцией к антибиотику, только они размножаются и в итоге остаются только резистентные бактерии. С логикой всё в целом в порядке за исключением того, что "один раз не Ратио не совсем честное, но плюс минус да, так и получается, но. Повторить это десять раз — и будут большие проблемы.

А ведь многие весёлые бактерии достаточно заразные, особенно если плохо с мытьём рук. К тому же, так получается, что резистентные штаммы и более злючии в плане заразности — всё таки резистетность она далеко не всегда таргетная. Вот и получается. Проблема именно в репитативности воспитания. Да, по факту сейчас есть два достаточно устойчивого лагеря — те, кто считают все эти истории преувеличенными и те, кто уже бьют тревогу во все колокола, будто через год все антибиотики станут не эффективными.

Ни то, ни другое не является полностью истинным, так как резистентность пока что наблюдается в подавляющем большинстве у недобросовестных пациентов. Ещё важно понимать, что иммунитет очень хорошо борется именно с вирусными инфекциями. Бактериологические патогены, к сожалению, часто обходят нашу защиту, причём очень и очень банально — они очень любят селится вне кровотока.

Поэтому реакция на них от иммунитета может быть очень узкая. Ну и да, всячески ублажают гистаминовый аппарат, ибо ну а чё ещё делать? И это очень хорошо, иначе бы передохли без микрофлоры того же кишечника в неспособности переварить хоть что-нибудь сложнее глюкозы Даже больше — по большому счёту бактерии даже попадать в организм не надо — она уже, практически с рождения в нём. Но сдерживается иммунитетом, чтобы не ходила куда не надо.

А вот если оный иммунитет самоизолировался от нехорошего носителя ну или невезучего — вот здесь начинаются большие проблемы. Ну и есть ещё весёлые столбняки, туберкулёзы, менингиты и прочие весёлые ребята не совсем честно, так как и кони и люди в одну кучу — которые любят приходить извне.

Они характеризуются крайне агрессивным настроением, поэтому иммунитет не справляется априори, неважно где, а в каком-то смысле даже помогает вредителям. Но это другая интересная история. И они как раз крайне неустойчивы к антибиотикам, так как характеризуются очень агрессивным размножением, которое изи подавляется банальными бактериостатиками и к ним резистентность почти нереально выработать.

Правда они же подавляют размножение и наших клеток, но в целом это не очень критично, так как дамаг несоизмерим с вэлью. Другое дело, что помощь должна быть оказана как можно раньше, просто потому что иначе дамаг будет слишком большой и тут на выброс нога, лёгкие или мозг ; Говорю же, очень весёлые ребята.

Впрочем, проблема действительно есть. Чем дальше в огород — тем больше проблем. Найти суперантибиотик мечта любого исследователя хотя бы за парящую нобелевку на горизонте. Ну и лечить дурачков в целом тоже было бы не плохо. Тут важно понимать, что сверхрезистентная бактерия пусть и будет приносить много бед, она в редких случаях действительно приводит к летальным последствиям.

Так как она и в половину не может быть столь же агрессивной, как и её родственник. Ну, если очень тупо — размножается медленнее. Эта гонка вооружений заранее обречена на провал, так как у человека есть пара тузов в рукаве в виде сверхсильных ядов и хирургических вмешательств.

Вопрос лишь в скорости оказания помощи. Тут есть связанный миф. В условные средние века никогда не было реальной проблемы с бактериологическими болезнями. Просто потому что они слишком показушные — тот же столбняк вырезался и прижигался опытным именно опытным!

Ну да, без ноги, зато живой А туберкулёз вполне себе "лечился" обильным питьём с высоким содержанием естественных антибиотиков — клюква, брусника, чеснок, шалфей. Абсолютно все проблемы исключительно из незнания и непонимания процесса наряду с высокой религиозностью этого. Бубонная чума накрыла именно города от тотальной дизентерии и… Всё равно не истребила человечество. Но да, это пример катастрофически заразной херни, которая… Жутко боится банального мыла ;. Так что. Чем заразнее и летальнее херня — тем легче она лечится.

По факту. А настоящую супербактерию организм скорее всего встретит с почтением, любовью и вниманием, если она не триггерит гистамин, конечно.

Не раз, не два и не три такое случалось. Впрочем, реальная проблема суперрезиста, если он нашёл золотую середину.

То есть триггерит иммунитет но не очень сильно и при этом достаточно активен даже при антибиотике. Такое может случиться. Это точно будет не бубонная чума 2. К тому же, эта хрень будет немного ослаблять иммунитет, открывая путь не только коровопапирусу, но и другим бактериям в том числе. Ведь конкурировать он с ними не сможет ибо инвалид, а вот отвести на себя внимание — иммунитета — вполне.

Да и не только иммунитета — даже врачи-иммунологи этого не меньше боятся, что за каким-нибудь хроническим гайморитом скроется резвый менингит. Со стрессом вообще смешно: основные гормоны стресса кортикостероиды — это неплохие иммунодепрессанты. На их основе те самые стероидные противовоспалительные препараты и сделаны. И до сих пор наука холиварит почему так: то ли раньше предкам нашим подавление иммунитета при стрессе помогало с заживлением больших ран, то ли это это эволюция так ненавязчиво подталкивает "недостойных" на выход.

Проблема исследований тут в том что негде взять контрольный организм, который бы до клетки был вашей копией, подвергался бы ровно тем же воздействиям что и вы минус сок, бег и контрастный душ. Вы же сравниваете разные периоды своей жизни однозначно с разными воздействиями "до" и "после", даже минус принимаемые меры — вполне вероятно что это не иммунитет крепче стал, а просто никто рядом не чихал если упрощенно.

Так что увы, боюсь исследований никто не проведёт… я не уверен что даже однояйцевые близнецы достаточно разные для подобных исследований, разве что их растили в лабораторных условиях с момента появления на свет.

Бытовая логика подсказывает, что наш организм более "заточен" на переработку существующих в природе веществ, причем не всех. А не концентрированной химии. Это, видимо, традиция, исходящая из наших религиозных предрассудков — вроде того, что яблоко — фрукт, источник первородного греха Действительно, странно, что про груши такое не пишут. На самом деле вы не хотите усиливать иммунитет. В общем случае, достаточно его не понижать. У среднестатистического человека с иммунитетом всё в порядке, иначе бы он просто не дожил до своих лет.

Другое дело что нынче любят давить иммунитет всем что уже перечислили: недосыпание, недоедание, перепивание, нервы и прочее. Плюс к этому, в организме больше не значит лучше. Там на каждом из полюсов какая-нибудь дрянь. Так и с иммунитетом: если мало — бактерии, вирусы и рак, если много — аутоиммунные заболевания. И шо в первом случае у вас лёгкие сожрут супостаты, что во втором случае свои же сожрут любую часть тела.

Один хрен печаль. Так что лучше просто не мешать. Механизм действия. Строго говоря, у нас две системы иммунитета: врождённая и приобретённая. Так что он вполне себе передаётся по наследству. Но не в полном объёме. Мало того, там любопытнейшие механизмы передачи иммунитета от матери к ребёнку в несколько этапов.

Плюс, там не всё так просто. Если передавать приобретённый иммунитет, то можно передать и целый букет аутоиммунных. Например, родится ребёночек с артритом или волчанкой. И это в лучшем случае. Да и вообще, приобретённый иммунитет — это одна из "новейших" по меркам эволюции технологий.

Там багов ещё куча по тем же меркам эволюции. И лучше, как рядом сказали, делать рестарт половины системы, чем тащить легаси и костыли, которые с поколениями только накапливаться будут и гарантированно в могилу сведут при текущий архитектуре организма. Да, Дубынин круто рассказывает. Его уже в соседнем комментарии упомянули. Архэ скоро должно выложить оставшиеся 3 лекции из цикла про иммунитет. Пока они только платно по запросу. А так, по мотивам этого же курса есть статья на хабре.

Такого предположения у меня не было. Их источник описан не был. Спросите пожалуйста про вот такой момент касательно текущего коронавируса. Насколько я понял, механизм протекания болезни чем-то напоминает СПИД — вирус подавляет иммунную систему, после чего легкие и внутренние органы начинают отмирать под атакой бактерий.

Лечат пациентов с тяжелыми случаями антибиотиками, эффективно ли это? Аналогия радикально некорректная, учитывая, что до сих пор есть дебаты какая форма хранения была первична — РНК или ДНК.

Портал функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Почему антибиотики не убивают коронавирус

Портал функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям. На клеточную стенку действуют бета-лактамные антибиотики, к которым относятся пенициллины, цефалоспорины и другие; полимиксины нарушают целостность мембраны бактериальной клетки.

Клеточная стенка бактерий состоит из гетерополимерных нитей, сшитых между собой короткими пептидными мостиками. Действие пенициллина на кишечную палочку: из-за пенициллина растущая бактериальная клетка не может достраивать клеточную стенку, которая перестаёт покрывать клетку целиком, в результате чего клеточная мембрана начинает выпячиваться и рваться.

У многих вирусов кроме генома в виде ДНК или РНК и белкового капсида есть ещё дополнительная оболочка, или суперкапсид, которая состоит из фрагментов хозяйских клеточных мембран фосфолипидов и белков и удерживает на себе вирусные гликопротеины. Во-первых, клеточная стенка.

Любой клетке нужна какая-то граница между ней и внешней средой — без этого и клетки-то никакой не будет. Обычно границей служит плазматическая мембрана — двойной слой липидов с белками, которые плавают в этой полужидкой поверхности.

Но бактерии пошли дальше: они кроме клеточной мембраны создали так называемую клеточную стенку — довольно мощное сооружение и к тому же весьма сложное по химическому строению. Для формирования клеточной стенки бактерии используют ряд ферментов, и если этот процесс нарушить, бактерия с большой вероятностью погибнет. Клеточная стенка есть также у грибов, водорослей и высших растений, но у них она создаётся на другой химической основе. Во-вторых, бактериям, как и всем живым существам, надо размножаться, а для этого нужно озаботиться второй копией наследственной молекулы ДНК, которую можно было бы отдать клетке-потомку.

Над этой второй копией работают специальные белки, отвечающие за репликацию, то есть за удвоение ДНК. Синтезом оснований-кирпичиков опять же занимаются специализированные белки. Третья мишень антибиотиков — это трансляция, или биосинтез белка. Известно, что ДНК хорошо подходит для хранения наследственной информации, но вот считывать с неё информацию для синтеза белка не очень удобно. Выполняют его рибосомы, представляющие собой сложные и большие комплексы из белков и специальных молекул РНК, а также ряд белков, помогающих рибосомам справляться с их задачей.

Например, клеточная стенка бактерий — мишень для хорошо известного антибиотика пенициллина: он блокирует ферменты, с помощью которых бактерия осуществляет строительство своей внешней оболочки. Если применить эритромицин, гентамицин или тетрациклин, то бактерии перестанут синтезировать белки.

Эти антибиотики связываются с рибосомами так, что трансляция прекращается хотя конкретные способы подействовать на рибосому и синтез белка у эритромицина, гентамицина и тетрациклина разные.

Хинолоны подавляют работу бактериальных белков, которые нужны для распутывания нитей ДНК; без этого ДНК невозможно правильно копировать или реплицировать , а ошибки копирования ведут к гибели бактерий. Сульфаниламидные препараты нарушают синтез веществ, необходимых для производства нуклеотидов, из которых состоит ДНК, так что бактерии опять-таки лишаются возможности воспроизводить свой геном. Почему же антибиотики не действуют на вирусы? Во-первых, вспомним, что вирус — это, грубо говоря, белковая капсула с нуклеиновой кислотой внутри.

Она несёт в себе наследственную информацию в виде нескольких генов, которые защищены от внешней среды белками вирусной оболочки. Во-вторых, для размножения вирусы выбрали особенную стратегию. Но так или иначе вирусам, как и бактериям, как и вообще всем живым существам, для начала нужно свою генетическую молекулу размножить. Вот для этого вирус пробирается в клетку. Что он там делает? Заставляет молекулярную машину клетки обслуживать его, вируса, генетический материал.

То есть клеточные молекулы и надмолекулярные комплексы, все эти рибосомы, ферменты синтеза нуклеиновых кислот и т. Не будем вдаваться в подробности, как именно разные вирусы проникают в клетку, что за процессы происходят с их ДНК или РНК и как идёт сборка вирусных частиц. Бактерии, даже если проникают в клетку, свои белки и нуклеиновые кислоты синтезируют себе сами. Что произойдёт, если к клеткам с вирусной инфекцией добавить, например, антибиотик, прерывающий процесс образования клеточной стенки?

Никакой клеточной стенки у вирусов нет. И потому антибиотик, который действует на синтез клеточной стенки, ничего вирусу не сделает. Ну а если добавить антибиотик, который подавляет процесс биосинтеза белка? Всё равно не подействует, потому что антибиотик будет искать бактериальную рибосому, а в животной клетке в том числе человеческой такой нет, у неё рибосома другая.

В том, что белки и белковые комплексы, которые выполняют одни и те же функции, у разных организмов различаются по структуре, ничего необычного нет. Эти процессы идут у всех трёх доменов жизни: у архей, у бактерий и у эукариот к которым относятся и животные, и растения, и грибы , — и задействованы в них схожие молекулы и надмолекулярные комплексы.

Схожие — но не одинаковые. Например, рибосомы бактерий отличаются по структуре от рибосом эукариот из-за того, что рибосомная РНК немного по-разному выглядит у тех и других. Такая непохожесть и мешает антибактериальным антибиотикам влиять на молекулярные механизмы эукариот. Это можно сравнить с разными моделями автомобилей: любой из них довезёт вас до места, но конструкция двигателя может у них отличаться и запчасти к ним нужны разные.

В случае с рибосомами таких различий достаточно, чтобы антибиотики смогли подействовать только на бактерию. До какой степени может проявляться специализация антибиотиков? Вообще, антибиотики изначально — это вовсе не искусственные вещества, созданные химиками. Антибиотики — это химическое оружие, которое грибы и бактерии издавна используют друг против друга, чтобы избавляться от конкурентов, претендующих на те же ресурсы окружающей среды.

Лишь потом к ним добавились соединения вроде вышеупомянутых сульфаниламидов и хинолонов. Знаменитый пенициллин получили когда-то из грибов рода пенициллиум, а бактерии стрептомицеты синтезируют целый спектр антибиотиков как против бактерий, так и против других грибов.

Причём стрептомицеты до сих пор служат источником новых лекарств: не так давно исследователи из Северо-Восточного университета США сообщили о новой группе антибиотиков, которые были получены из бактерий Streptomyces hawaiensi, — эти новые средства действуют даже на те бактериальные клетки, которые находятся в состоянии покоя и потому не чувствуют действия обычных лекарств.

Грибам и бактериям приходится воевать с каким-то определённым противником, кроме того, необходимо, чтобы их химическое оружие было безопасно для того, кто его использует.

Потому-то среди антибиотиков одни обладают самой широкой антимикробной активностью, а другие срабатывают лишь против отдельных групп микроорганизмов, пусть и довольно обширных как, например, полимиксины, действующие только на грамотрицательные бактерии. Более того, существуют антибиотики, которые вредят именно эукариотическим клеткам, но совершенно безвредны для бактерий. Например, стрептомицеты синтезируют циклогексимид, который подавляет работу исключительно эукариотических рибосом, и они же производят антибиотики, подавляющие рост раковых клеток.

Возникает вопрос: если вирусы пользуются клеточными молекулярными машинами, то нельзя ли избавиться от вирусов, подействовав на молекулярные процессы в заражённых ими клетках? Но тогда нужно быть уверенными в том, что лекарство попадёт именно в заражённую клетку и минует здоровую.

А эта задача весьма нетривиальна: надо научить лекарство отличать заражённые клетки от незаражённых. Похожую проблему пытаются решить и небезуспешно в отношении опухолевых клеток: хитроумные технологии, в том числе и с приставкой нано-, разрабатываются для того, чтобы обеспечить адресную доставку лекарств именно в опухоль.

Что же до вирусов, то с ними лучше бороться, используя специфические особенности их биологии. Вирусу можно помешать собраться в частицу, или, например, помешать выйти наружу и тем самым предотвратить заражение соседних клеток таков механизм работы противовирусного средства занамивира , или, наоборот, помешать ему высвободить свой генетический материал в клеточную цитоплазму так работает римантадин , или вообще запретить ему взаимодействовать с клеткой.

Вирусы не во всём полагаются на клеточные ферменты. Для синтеза ДНК или РНК они используют собственные белки-полимеразы, которые отличаются от клеточных белков и которые зашифрованы в вирусном геноме. Кроме того, такие вирусные белки могут входить в состав готовой вирусной частицы. И антивирусное вещество может действовать как раз на такие сугубо вирусные белки: например, ацикловир подавляет работу ДНК-полимеразы вируса герпеса.

Ацикловир так модифицирует молекулы-мономеры, что они выводят из строя ДНК-полимеразу. И ряд противовирусных препаратов помогают ослабить вирусную инфекцию, действуя именно на этот специфический белок.

На клеточные же молекулы такие противовирусные лекарства не действуют. Ну и наконец, избавить организм от вируса можно, просто активировав иммунитет, который достаточно эффективно опознаёт вирусы и заражённые вирусами клетки. Итак, антибактериальные антибиотики не помогут нам против вирусов просто потому, что вирусы организованы в принципе иначе, чем бактерии.

Мы не можем подействовать ни на вирусную клеточную стенку, ни на рибосомы, потому что у вирусов ни того, ни другого нет. Мы можем лишь подавить работу некоторых вирусных белков и прервать специфические процессы в жизненном цикле вирусов, однако для этого нужны особые вещества, действующие иначе, нежели антибактериальные антибиотики.

Однако надо сделать пару уточнений. На самом деле бывает, что при вирусной простуде врачи рекомендуют принимать антибиотики, но это связано с тем, что вирусная инфекция осложняется бактериальной, с теми же симптомами. Кроме того, говоря об антибиотиках, подавляющих биосинтез белка, мы упирали на то, что такие антибиотики могут взаимодействовать только с бактериальными молекулярными машинами.

Но, например, тетрациклиновые антибиотики активно подавляют работу и эукариотических рибосом тоже. Однако на наши клетки тетрациклины всё равно не действуют — из-за того, что не могут проникнуть сквозь клеточную мембрану хотя бактериальная мембрана и клеточная стенка для них вполне проницаемы.

Отдельные антибиотики, например пуромицин, действуют не только на бактерии, но и на инфекционных амёб, червей-паразитов и некоторые опухолевые клетки. Очевидно, различия между бактериальными и эукариотическими молекулами и молекулярными комплексами, участвующими в одних и тех же процессах, для ряда антибиотиков не так уж велики и они могут действовать как на те, так и на другие. Однако это вовсе не значит, что такие вещества могут быть эффективны против вирусов. Тут важно понять, что в случае с вирусами складываются воедино сразу несколько особенностей их биологии и антибиотик против такой суммы обстоятельств оказывается бессилен.

На самом деле такие эффекты возникают не столько оттого, что антибиотики действуют на человека так же, как на бактерии, сколько оттого, что у антибиотиков обнаруживаются новые, неожиданные свойства, с их основной работой никак не связанные.

Например, пенициллин и некоторые другие бета-лактамные антибиотики плохо действует на нейроны — а всё потому, что они похожи на молекулу ГАМК гамма-аминомасляной кислоты , одного из основных нейромедиаторов. Нейромедиа-торы нужны для связи между нейронами, и добавка антибиотиков может привести к нежелательным эффектам, как если бы в нервной системе образовался избыток этих самых нейромедиаторов.

В частности, некоторые из антибиотиков, как считается, могут провоцировать эпилептические припадки. Вообще, очень многие антибиотики взаимодействуют с нервными клетками, и часто такое взаимодействие приводит к негативному эффекту. И одними лишь нервными клетками дело не ограничивается: антибиотик неомицин, например, если попадает в кровь, сильно вредит почкам к счастью, он почти не всасывается из желудочно-кишечного тракта, так что при приёме перорально, то есть через рот, не наносит никакого ущерба, кроме как кишечным бактериям.

Впрочем, главный побочный эффект от антибиотиков связан как раз с тем, что они вредят мирной желудочно-кишечной микрофлоре. Антибиотики обычно не различают, кто перед ними, мирный симбионт или патогенная бактерия, и убивают всех, кто попадётся на пути.

А ведь роль кишечных бактерий трудно переоценить: без них мы бы с трудом переваривали пищу, они поддерживают здоровый обмен веществ, помогают в настройке иммунитета и делают много чего ещё, — функции кишечной микрофлоры исследователи изучают до сих пор.

Можно себе представить, как чувствует себя организм, лишённый компаньонов-сожителей из-за лекарственной атаки. Поэтому часто, прописывая сильный антибиотик или интенсивный антибиотический курс, врачи заодно рекомендуют принимать препараты, которые поддерживают нормальную микрофлору в пищеварительном тракте пациента.

Случайная статья. Из-за энергетических проблем Т-клетки провоцируют общее воспаление, заставляющее организм быстрее стареть. Головная боль, шум и головокружение, ухудшение памяти, повышенная утомляемость, снижение работоспособности - подобные "несерьезные" симптомы могут свидетельствовать о хронической недостаточности мозгового кровообращения. Читайте в номере. Факт дня Голодные рыбы меняют пол. Адрес: г. Москва , ул.

Когда антибиотики действуют на вирусы

Алтайский край. Амурская область. Архангельская область. Астраханская область. Белгородская область. Брянская область. Владимирская область. Волгоградская область. Вологодская область. Воронежская область.

Еврейская АО. Забайкальский край. Ивановская область. Иркутская область. Кабардино-Балкарская Республика. Калининградская область. Калужская область. Камчатский край.

Карачаево-Черкесская Республика. Кемеровская область. Кировская область. Костромская область. Краснодарский край. Красноярский край. Курганская область. Курская область. Ленинградская область. Липецкая область. Магаданская область. Московская область. Мурманская область. Ненецкий АО. Нижегородская область. Новгородская область. Новосибирская область. Омская область. Оренбургская область. Орловская область.

Пензенская область. Пермский край. Приморский край. Псковская область. Республика Адыгея. Республика Алтай. Республика Башкортостан. Республика Бурятия. Республика Дагестан. Республика Ингушетия.

Республика Калмыкия. Республика Карелия. Республика Коми. Республика Крым. Республика Марий Эл. Республика Мордовия. Республика Саха Якутия. Республика Северная Осетия-Алания. Республика Татарстан. Республика Тыва. Республика Хакасия. Ростовская область. Рязанская область. Самарская область. Саратовская область. Сахалинская область. Свердловская область. Смоленская область. Ставропольский край. Тамбовская область. Тверская область.

Томская область. Тульская область. Тюменская область. Удмуртская Республика. Ульяновская область. Хабаровский край. Ханты-Мансийский АО. Челябинская область. Чеченская Республика. Чувашская Республика. Чукотский АО. Ямало-Ненецкий АО. Ярославская область. Февраль — вроде традиционной эпидемии гриппа нет, но кое-где по стране вспышки вирусной инфекции. В Тюмени, например, закрыто много школ, в Петербурге, во многих городах. Я не доктор.

Но все-таки хочу напомнить одну простую вещь. У нас по-прежнему многие, пытаясь вылечить острую респираторную вирусную инфекцию, ОРВИ, упрямо принимают антибиотики.

Надо нам всем выучить. Антибиотики вирусы не убивают. Антибиотики убивают бактерии. А бактерии и вирусы — это совершенно разные микроорганизмы. Болезнетворные бактерии вызывают холеру, тиф, туберкулез — все мы знаем бактерию под названием палочка Коха.

Или какая-нибудь прости господи, бледная спирохета. Бактерии вызывают разные воспаление — во время войны миллионы раненых были спасены антибиотиками. А вот на вирусы антибиотики не действуют. На них вообще почти ничего не действует. Организм сам должен бороться. Поэтому врачи прописывают покой и много пить воды, чтобы выводить из организма яды — продукты вредной деятельности вирусов. А принимать антибиотики от вирусов не только бесполезно, но и смертельно опасно.

Уже в самом названии этой группы препаратов заключен основной принцип их действия: анти — против; биотик — жизнь.

Антибиотики против вирусов: причины отсутствия влияния на вирусы, плюсы и минусы приема

Мы тут мониторили каналы, чаты и форумы по поводу текущей обстановки в разных странах. Удивительно, чего только люди не придумают в панике и безграмотности. Поэтому ликбез. Не про коронавирус. Просто про вирусы. И антибиотики. Которые не надо есть просто так. Ликбез мы подготовили вместе с инфекционистом Викторией Валиковой, руководящей клиниками в Гватемале и Никарагуа.

Естественно, он полон грубых упрощений. Это такая офигеть какая маленькая форма жизни. Они повсюду, и их очень много. И каждый из них занят двумя вещами:. В этом состоянии вирус почти ничем не напоминает жизнь, а, скорее, похож на набор инструкций. И ведет себя именно, как распечатка инструкций: пока не найдется кто-то, кто их выполнит, они неактивны. Мимивирус с размером кода 2,5 Мегабазы бит четвертичной системы. Фото: public domain. Убивает бактерии! Вирусы и бактерии — это разные штуки. Вирус маленький чаще всего и больше похож на мини-робота.

Бактерии — большие в сравнении с ним живые штуки. Антибиотики эффективны против них, но не против вирусов. При этом антибиотики — это не отряд быстрого реагирования, который проникнет к нужным клеткам, разметит их и отправит убийц. Так может работать иммунитет. Это долго. Антибиотики мочат все, что подходит под фильтр.

В нашем примере — всех художников в толпе, всех людей с кисточками и всех продавцов в магазинах канцтоваров. Ну и что, что пострадало много невинных? Зато один конкретный патоген уничтожен. Если еще упростить, считайте антибиотики управляемым ядом, который уничтожает определенные формы жизни.

К счастью, мы достаточно сильно отличаемся от патогенных бактерий, поэтому нас, как систему, он уничтожает медленнее. Примерно 2,5 килограмма бактерий, если вы подходите под список Шиндлера 76,9 кг из расчета грузоподъемности лифта Шиндлер: кг на 13 персон.

Там огромное разнообразие организмов, которые участвуют в критичных процессах от переваривания пищи до иммунитета. Если убрать из человека часть бактерий — он будет жить либо очень недолго, либо очень печально. И пару соседних групп. На практике это означает, что будет дисбиоз и многие подсистемы организма пойдут в разброд и шатание. Самый частый случай — дисбактериоз ЖКТ. В целом, если бы все кончалось недельным поносом или гастритом, все было бы более-менее хорошо. На деле микрофлора восстанавливается довольно долго, и в процессе восстановления на месте нормофлоры растут грибки и другие вторичные патогены.

Антибиотики широкого спектра действуют на как можно большее количество бактерий. Предполагается, что если у вас внутри есть что-то в небольшом количестве, что легко убить, то они помогут поэтому их назначают после операций, для общей защиты. Второй вариант использования — когда это что-то опасное, но непонятно, что именно.

Предполагается, что существенная потеря вашей микробиоты не так важна, как существенная потеря жизни. Когда понятно, какая именно патогенная бактерия, используют узкий спектр.

Это уже не все подряд, а конкретные группы бактерий. А их внутри организма много, и часть относится к нормофлоре. Поэтому убивают антибиотики заодно все бактерии, которые похожим образом размножаются, либо похожим образом питаются, либо живут в похожей среде. Логика принятия решений такая: в низкоэтажных домах поселились термиты? Сожжем все низкоэтажные дома! Узкий спектр, как и широкий, тоже дает дисбиоз и прочие неприятные спецэффекты. На практике это кроме всего прочего означает, что принимая антибиотик не в тему, вы ослабляете организм, что делает его менее устойчивым к новым внешним микробиологическим угрозам.

Некоторые антибиотики могут цеплять наших паразитов. Некоторые цепляют вирусы. Тетрациклины обладают противовирусным эффектом, но работает это только с самыми здоровенными вирусами. Мимивирусы видно в микроскоп, они размером с бактерию.

Такие вирусы тоже могут быть метко укушены тетрациклинами. Не бывает лекарств с одним четким действием, это биохимия, тут всегда мир, полный сюрпризов и сложных взаимосвязей. Просто запомните: если заболевание вирусное, лечить его в подавляющем большинстве случаев антибиотиком имеет смысл только тогда, когда вы желаете пациенту побыстрее умереть.

И, желательно, мучительно. В маленьких больницах и поликлиниках нужно долго ждать анализы. Да, конечно, в крупном центре в Москве можно получить лабораторные анализы сразу, но часто даже время посева нельзя терять. Да, опытный врач может легко определить тип возбудителя.

Например, схожи проявления симптомов на горле у гриппа, ОРВИ или герпеса. В части случаев происходят ошибки. В части случаев может быть параллельное заболевание, сразу две инфекции. Вторая особенность — и в России, и в Бельгии, и в Африке мы часто изначально назначаем несколько препаратов, чтобы человек повторно не шел к врачу, чтобы предотвратить возможные частые осложнения.

Например, в ряде схем по COVID есть макролиды — они нужны, потому что в результате всего происходящего есть высокая вероятность поймать стафилококка, который только и ждет удачной возможности. Будет как-то глупо вылечиться от коронавируса, чтобы затем сразу умереть от вторичной инфекции, поэтому с ней тоже надо бороться. Но вовремя и под контролем.

Кроме аптек, которые работают по нормальному принципу, в лавках часто продают лекарства по одной таблетке. Есть традиция пить азитромицин по одной таблетке после случайных половых контактов. Да, 1 грамм от хламидий — это правильно. Но не для всего остального. Вот Амоксицилин по одной таблетке продается. Продавец спрашивает, сколько надо, дает одну, две или три таблетки.

Пациенты советуются с продавцами в этих продуктовых лавках и на рынках, а тем же надо что-то продать, поэтому он идет почти к каждому заболеванию. Те же заболевания червями или простейшими лечат антибиотиками.

Магазин в Микронезии, в котором можно купить лекарства. Фото: Сергей Абдульманов. Это плохо для них самих из-за дисбактериоза и устойчивости, плохо для общества и плохо для врачей. У нас есть оптимальные схемы лечения заболевания, там прописаны группы препаратов первого ряда.

Ты в больнице в российском регионе или в Африке часто оказываешься в ситуации, когда нечего назначить. Правильно назначать тест на устойчивость патогена к разным антибиотикам, вырастить культуру, взять диски с антибиотиками и посмотреть, что лучше подходит.

Но времени и лаборатории близко нет. Делается один выбор, и тест проходит внутри пациента. Причем остаются только антибиотики второго-третьего ряда, более токсичные или менее эффективные. Поэтому люди, которые ипохондрят и пьют антибиотики для перестраховки просто сокращают себе шансы на следующее выздоровление. Никогда не играйте с антибиотиками без врача! Про устойчивость почти ко всему — не сказки, и не случаи из стерильных американских больниц. У меня была в Гватемале женщина, которая не допивала курсы антибиотиков.

Утверждала, что у нее выделения из влагалища, раз за разом ее осматривали, назначали противогрибковое или антибиотики, она брала 20 таблеток, выпивала 5.

Судя по посеву на устойчивость, делала она так не только в нашей клинике, потому что на ней весь ассортимент местных аптек и лавок светился красным. В итоге не знали, чем лечить, пришлось заказывать дорогой препарат из резервов. Повезло, что она до него не дотянулась и не натренировала устойчивость. Проконтролировали, чтобы пропила полный цикл. Были женщины, которые не знали, что они беременны. У одной 4 месяца не было месячных, она все равно ходила на рынок и покупала что-то от цистита.

Судя по описанию, ципрофлоксацин. По итогу родился ребенок с дефектом. Не знаю, от этого или потому что наследственность, у нас тут генетических тестов родителей нет.

Вирус и антибиотики: нежный ликбез для паникующих

Некоторые антибиотики стимулируют активность противовирусных генов в клетках, помогая бороться против вирусной инфекции. Мы знаем, что антибиотики на вирусы не действуют. Антибиотики нацелены на клетку — бактериальную, грибную или, скажем, раковую; в ней они портят важные молекулярные процессы , без которых клетка жить не может.

Но вирусы — не клетки, это просто комплекс белков и нуклеиновых кислот. Понятно, почему к антибиотикам они нечувствительны. Но это если рассматривать вирус и антибиотик отдельно от всего. Однако вирус живет не в вакууме: ему, чтобы размножаться, нужно проникнуть в клетку, а клетка его живет в окружении других клеток, самых разных, которые вместе составляют ткани и органы.

Может ли быть так, что вирус почувствует антибиотик, скажем так, опосредованно, из-за изменившихся условий среды? Исследователи неоднократно пытались узнать, как вирусы воспринимают антибиотики, и результаты получались самые разные: иногда клетки и животные становились чувствительнее к вирусной инфекции, иногда, наоборот, вирусу становилось труднее заразить хозяина. Так, несколько лет назад Акико Ивасаки Akiko Iwasaki и ее коллеги из Йеля опубликовали в журнале PNAS статью, в которой говорилось, что вирус гриппа от антибиотиков только выигрывает.

Все дело оказалось в том, что без бактерий, которые живут на слизистой дыхательных путей, но никак нам не вредят, иммунитет не может правильно включить систему противовирусной защиты.

Антибиотики, которыми мы обрабатываем горло, этих бактерий уничтожают, делая клетки дыхательных путей более чувствительными к вирусу. В новой статье тех же исследователей, которая вышла в Nature Microbiology речь идет о другом вирусе — вирусе простого герпеса — и о совсем другом эффекте.

Вирус герпеса проникает через любую слизистую оболочку, и на сей раз антибиотиками обрабатывали вагинальную слизистую мышей. Оказалось, что антибиотики подавляли размножение вируса, и хотя количество вирусных частиц у обработанных мышей в первые дни эксперимента было такое же, как и у необработанных, симптомы болезни у них были слабее — из-за антибиотиков вирус не мог развернуться в полную силу.

Поначалу в опытах использовали смесь антибиотиков, но потом решили выяснить, какой именно из них обладает противовирусным эффектом — чтобы потом понять механизм действия. Оказалось, что вирусную активность подавлял неомицин. Что до механизма, то первым делом можно было подумать на бактерий — что гибель бактерий каким-то образом плохо сказывается и на вирусах.

Однако бактерии оказались ни при чем: у мышей, лишенных микробов, неомицин действовал точно так же. На деле же все было иначе: неомицин активировал в клетках гены, управляющие противовирусной защитой, те, что кодируют интерфероновые белки. Причем неомицин стимулировал противовирусную защиту не только в клетках мыши, но и в клетках человека. Как именно он это делал, еще предстоит выяснить, тем не менее, уже сейчас понятно, что действие антибиотиков на организм не ограничивается истреблением бактерий — антибиотик вполне может непосредственно влиять на молекулярно-клеточную кухню.

Неомицин проверили и на другом вирусе — на вирусе гриппа, который, как было сказано выше, от антибиотиков только выигрывал. Разумеется, это не значит, что сейчас против вирусных инфекций нужно немедленно начать применять антибиотики. Во-первых, как мы видим, все зависит от того, какой именно антибиотик и против какого именно вируса используется.

Во-вторых, если говорить о клиническом применении, то нужно еще понять, есть ли тут действительно значимая польза: антибиотики ведь убивают и наших бактериальных симбионтов, без которых нам пришлось бы очень и очень плохо, и если мы начнем еще и против вирусов лечиться антибиотиками, то можем вообще загубить всю полезную микрофлору. Автор: Кирилл Стасевич. Ссылка на источник. Главная Новости Новости науки Микробиология Когда антибиотики действуют на вирусы. Почему антибиотики бессильны против вирусов?

Утром и вечером мозг лучше реагирует на слабые визуальные стимулы.

Как работают антибиотики: когда они эффективны и бесполезны

Мы тут мониторили каналы, чаты и форумы по поводу текущей обстановки в разных странах. Удивительно, чего только люди не придумают в панике и безграмотности. Поэтому ликбез. Не про коронавирус.

Просто про вирусы. И антибиотики. Которые не надо есть просто так. Ликбез мы подготовили вместе с инфекционистом Викторией Валиковой, руководящей клиниками в Гватемале и Никарагуа. Естественно, он полон грубых упрощений.

Текст: Сергей Абдульманов. Это такая офигеть какая маленькая форма жизни. Они повсюду, и их очень много. И каждый из них занят двумя вещами:. В этом состоянии вирус почти ничем не напоминает жизнь, а, скорее, похож на набор инструкций.

И ведет себя именно, как распечатка инструкций: пока не найдется кто-то, кто их выполнит, они неактивны. Антибиотик почти ничего не сделает вирусу. Убивает бактерии! Вирусы и бактерии — это разные штуки.

Вирус маленький чаще всего и больше похож на мини-робота. Бактерии — большие в сравнении с ним живые штуки. Антибиотики эффективны против них, но не против вирусов. При этом антибиотики — это не отряд быстрого реагирования, который проникнет к нужным клеткам, разметит их и отправит убийц. Так может работать иммунитет. Это долго. Антибиотики мочат все, что подходит под фильтр. В нашем примере — всех художников в толпе, всех людей с кисточками и всех продавцов в магазинах канцтоваров.

Ну и что, что пострадало много невинных? Зато один конкретный патоген уничтожен. Если еще упростить, считайте антибиотики управляемым ядом, который уничтожает определенные формы жизни. К счастью, мы достаточно сильно отличаемся от патогенных бактерий, поэтому нас, как систему, он уничтожает медленнее. Примерно 2,5 килограмма бактерий, если вы подходите под список Шиндлера 76,9 кг из расчета грузоподъемности лифта Шиндлер: кг на 13 персон.

Там огромное разнообразие организмов, которые участвуют в критичных процессах от переваривания пищи до иммунитета. Если убрать из человека часть бактерий — он будет жить либо очень недолго, либо очень печально.

И пару соседних групп. На практике это означает, что будет дисбиоз и многие подсистемы организма пойдут в разброд и шатание. Самый частый случай — дисбактериоз ЖКТ. В целом, если бы все кончалось недельным поносом или гастритом, все было бы более-менее хорошо.

На деле микрофлора восстанавливается довольно долго, и в процессе восстановления на месте нормофлоры растут грибки и другие вторичные патогены. Да никак. Идет и мочит все по своему профилю. Антибиотики широкого спектра действуют на как можно большее количество бактерий. Предполагается, что если у вас внутри есть что-то в небольшом количестве, что легко убить, то они помогут поэтому их назначают после операций, для общей защиты.

Второй вариант использования — когда это что-то опасное, но непонятно, что именно. Предполагается, что существенная потеря вашей микробиоты не так важна, как существенная потеря жизни. Когда понятно, какая именно патогенная бактерия, используют узкий спектр. Это уже не все подряд, а конкретные группы бактерий.

А их внутри организма много, и часть относится к нормофлоре. Поэтому убивают антибиотики заодно все бактерии, которые похожим образом размножаются, либо похожим образом питаются, либо живут в похожей среде. Логика принятия решений такая: в низкоэтажных домах поселились термиты? Сожжем все низкоэтажные дома! Узкий спектр, как и широкий, тоже дает дисбиоз и прочие неприятные спецэффекты. На практике это кроме всего прочего означает, что принимая антибиотик не в тему, вы ослабляете организм, что делает его менее устойчивым к новым внешним микробиологическим угрозам.

Некоторые антибиотики могут цеплять наших паразитов. Некоторые цепляют вирусы. Мимивирусы видно в микроскоп, они размером с бактерию.

Такие вирусы тоже могут быть метко укушены тетрациклинами. Не бывает лекарств с одним четким действием, это биохимия, тут всегда мир, полный сюрпризов и сложных взаимосвязей. Просто запомните: если заболевание вирусное, лечить его в подавляющем большинстве случаев антибиотиком имеет смысл только тогда, когда вы желаете пациенту побыстрее умереть.

И, желательно, мучительно. Общие тезисы лечения инфекций:. Например, в ряде схем по COVID есть макролиды — они нужны, потому что в результате всего происходящего есть высокая вероятность поймать стафилококка, который только и ждет удачной возможности. Будет как-то глупо вылечиться от коронавируса, чтобы затем сразу умереть от вторичной инфекции, поэтому с ней тоже надо бороться. Но вовремя и под контролем. Шансы на следующую пандемию вполне себе высоки с каким-нибудь патогеном с полирезистентностью.

Потому что нефиг жрать все антибиотики подряд и нефиг посыпать ими поля и реки. Вот одна из самых занимательных и подробных статей Вики про антибиотикорезистентность , прочитайте, если вам интересны сценарии следующего апокалипсиса. Взаимодействуя через них, он пропихивается его пропихивает естественными процессами через стенку клетки и попадает в область, где лежат все инструкции этой клетки.

И падает туда лежать, пока клетка не начнет использовать его как свою главную инструкцию, а не то, что там было раньше. Еще раз: все совсем не так, но принцип примерно такой.

В инструкциях написано, как переделать клетку на новые вирусы. Эволюция привела к тому, что часто получается и выгоднее сделать это более-менее полностью, в результате чего клетка погибает.

Бывают не только бактериофаги. Заражают вирусы все, что найдут. Их настолько много и они настолько разные, что они отрабатывают вообще все возможные угрозы. Растения, животные, бактерии, археи — достанется всем. Есть вирусы, которые могут размножаться в клетках, которые уже поражены каким-то другим определенным вирусом и частично перестроены.

Есть даже вирусы- вирофаги , которые подменяют набор инструкций в других вирусах. То есть вирусы тоже могут заболеть вирусным заболеванием. Уязвим вирус в следующих состояниях:. Как не заражаться? Отдельно отмечу, что родственники, друзья, знахари и советы в Интернете — это не врач.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Вирусы: виды, устройство и способы заражения клетки

Комментариев: 5

  1. lohova.elena:

    gilmar2010, а можно ли ложку расторопши запивать водой с половинкой лимона? )) два-в-одном, так сказать? )))

  2. lusinda_5:

    Наталья, этого требует не Ваш желудок, а Ваш комплексующий мозг.

  3. tatiana773:

    что человек высокого роста или низкого то это не может быть иддикатором интеллектуальных способностей.То что человек склонен к ожирению да в этом случае страдает сердечно-сосудистая системы и это может повлиять на интеллектуальные способности.а вот о левшей и о людей с большой головой у которых если лоб широкий есть статистика.О них часто говорят что имеют высокие интелектуальные способности.

  4. victoria43:

    Наталья, её в руках подержать и представить преумножение!

  5. menua-ur:

    Вот, кстати, из слабительных, Экспортал — норм, подтверждаю)). Тоже изредка, кода запор случается, принимаю порошок этот — благо в применении прост до смешного: разбавляется в любой жидкости и выпивается. Несколько часов — и запор проходит легко и без дискомфорта лишнего.